За годы службы на его пути оказываются больше трех тысяч преступников. Каждого он берет и выводит из игры, а сам не приносит с тропы ни одной раны. Такая статистика кажется байкой у костра, однако за ней стоит живой человек с упрямой верой в собственные силы. Сериал смотрит не на легенду в раме, а на характер, который не прогибается, когда обстоятельства жмут со всех сторон.

Но даже у самой ровной биографии бывает сдвиг. В жизни Ривза наступает пора, когда привычный ход дел дает трещину, и прежняя уверенность проходит проверку. Куда повернет судьба маршала, который столько лет выходил сухим из переделок, и хватит ли порядка, который он строил для других, ему самому, эта история разбирает без спешки и без прикрас.

Дорога сближает людей, непохожих ни происхождением, ни норовом. Между Сарой и Дровером вспыхивает взаимное влечение, хотя пропасть между ними огромна. Вокруг тем временем крепнет вражда к коренным жителям края. Сара прикипает к мальчику Нулле, который стоит сразу в двух мирах, среди белых поселенцев и среди аборигенов. Когда ребенка увозят в церковный приют под видом заботы, а на деле в рамках изъятия детей у коренного населения, Сара обещает его не отдать.

Удержать и хозяйство, и Нулла мешает Нил Флетчер, скотопромышленник-соперник, который хочет оставить Фарауэй Даунс за собой. Он ломает чужие планы, устраивает поджог на скотном дворе и пытается сорвать контракт, от которого зависит будущее дела. Саре приходится одновременно беречь путь, стадо и мальчика.

В бегах Билли прибивается к грабителям. Плечом к плечу с ним оказывается Джесси Эванс, а потом и ватага, которую кличут Севен-Риверс. Между набегами сердце делит две разные женщины: сначала Барбара Джонс, затем испанка Дульсинея, известная как дель Тобосо. Чуть позже парень попадает в мясорубку, которую развязали в округе Линкольн. Он выбирает лагерь Джона Танстолла. С ним идет отряд регуляторов. По ту сторону баррикад стоят люди, которыми правят Лоуренс Мерфи вместе с Джеймсом Доланом.

Стычки в самом Линкольне и осада дома, где засели свои, куют Билли репутацию человека, который стреляет без промаха. Каждая новая смерть добавляет ему страха в чужих глазах и врагов за спиной. Так мальчик с нью-йоркской пристани дорастает до легенды Дикого Запада: до того самого Билли Кида, о котором шепчутся и шерифы, и бандиты.

В центре истории человек без громкого имени и без желания стать легендой. Ему нужно одно: чтобы близкие не исчезли в этом кошмаре. Роли отца и мужа уже мало. Он складывает в себе сразу троих: того, кто решает вину по внутреннему чутью, того, кто за миг взвешивает чужую вину, и того, чья рука не дрожит в последнем ударе. Любое из этих решений отъедает кусок его прежней души.

Опаснее улиц оказывается то, что происходит внутри. Чем дальше он уходит в насилие, тем слабее слышит тех, ради кого взялся за оружие. Защита семьи начинает отдалять его от самой семьи, и именно эта трещина выглядит страшнее любого чудовища за стеной.